Вы здесь

Послание-ребус | Супервизия

Запрос клиента, назовем её Фиона, был непростой: «На недавней расстановке я столкнулась с совершенно непонятным для меня образом. Мой заместитель пошел к деньгам по дуге, спиной вперед, а дойдя до цели, сел в виде маленького ребенка и замер». Я хочу разобраться, в чем суть этого послания?»

Фигуры для расстановки:

·         Взрослая часть клиента

·         Детская часть клиента

·         Дополнительные фигуры по мере необходимости

·         Цель была написана клиентом на бумаге и поставлена в пространство в виде бумажного якоря (ни расстановщик, ни заместители не знали точно, что написано на бумаге).

Ход расстановки:

Заместитель детской части беззаботно танцевал около бумажного якоря цели.

Заместитель взрослой части ушел далеко назад в прошлое по материнской линии. Напряжение и раздражение нарастало и наполнило всю комнату. Это раздражение почувствовал каждый человек, находящийся в комнате, настолько оно было сильным.

Распаковка раздражения тремя дополнительными фигурами привела к выявлению сильного конфликта трех участников.

После разрешающих фраз от клиента и его заместителя в адрес участников ситуации из прошлого «буря улеглась», стало намного спокойнее. Заместитель клиента смог развернуться и пойти в сторону цели.

В этот момент детская фигура, которая беззаботно танцевала возле якоря цели, легла, как будто вовсе без сил.

Детской части подарили надежного друга и защитника. Состояние ребенка выровнялось, он повеселен и приподнялся.

Итогом расстановки было ровное, спокойное, уверенное состояние клиента.     

Времени потребовалось около часа.     

***

Обсуждение

О темпе процесса и сопротивлении клиента

·         Мне понравилось невероятное терпение терапевта. Клиентка подвисла и потерялась на некоторое время. «А причем здесь тема денег? А причем здесь ребенок? Я запуталась...» Мы уже как на иголках все сидим, и пытаемся понять, так чего же она на самом деле хочет. А дело в том, что тема касается процессов, вытесненных в бессознательное. Клиентка об этом не думала. Она об этом не догадывалась.  И когда терапевт сразу расставил детскую и взрослую часть клиента – это был очень удачный ход для осознания клиенткой своей ситуации. Терпение и деликатность – это конек терапевта. А темпа я бы чуть добавила. Было ощущения затягивания процесса.  

·         Сопротивление клиента: «Я не буду говорить», мне очень хотелось вместо терапевта сказать клиенту: «Вместо тебя, дорогой клиент, этого никто не сделает. Ты для этого сюда пришла. Или мы сейчас все расходимся, или ты работаешь и достигаешь цели. Для этого мы все здесь собрались и готовы тебе в этом твоём движении помочь. Давай работать». Это нужно для того, чтобы преодолеть зависание клиента.

·         Я большую часть расстановки провела в роли клиентки. И очень хорошо понимаю все состояния и сопротивления в ходе процесса. Мы не можем заставить клиента что-то делать помимо её воли. Мы не можем заставить её сказать какие-то слова, или совершить какие-то действия (поклон предкам), если она не понимает смысла этих слов и действий, если она пока не готова это сделать. Это должно созреть. К этому клиента нужно подвести правильными словами и действиями терапевта и всей группы. Заставить это сделать нельзя.

·         Когда клиент говорит: «Я не хочу, я не буду», это протест или процесс осознания того «хочу ли я этого или не хочу», которому требуется время.

 

·         Смущение, ступор, торможение, сопротивление клиента – как хотите это называйте. На самом деле клиент вылезал из своей привычной коробочки психологических защит, а они у любого из нас в силу специфики травм очень мощные, и впервые вглядывался в новую реальность, зависал от этой новизны. Этот момент узнавания, распознавания чего-то совершенно нового, восприятия и интеграции с этим новым – это и есть самый целительный процесс в расстановке и вообще в терапии. И у этого процесса есть своя скорость.

·         Когда клиент зависает, есть у терапевта очень большое искушение занять позицию наставника, который знает, как надо. «А ну, клиент, давай быстрее, давай действовать…» И в этом случае есть большой риск, что мы отправим клиента еще в более детскую, еще более инфантильную позицию. Чем жестче мы он клиента требуем: «Говори… Делай…», тем больше мы уходим в позицию Родителя (старшего), а клиента уводим в позицию Ребенка (младшего). А это полностью противоречит сути терапии: сделать клиента более осознанным, более самостоятельным, более ответственным за свою собственную жизнь. В данном случае некоторое затягивание процедуры потребовалось терапевту, чтобы дождаться большего осознания и более взрослых реакций и действий от клиента. И помощником в том, чтобы подтолкнуть клиента в целительному движению стал не сколько терапевт (терапевт просто дал этому время, просто ждал), а заместитель клиента. Терапевт это заметил: «Как хорошо работать, когда заместители гениальны».

Провокация как толчок к движению

·         Провоцировать клиента иногда очень полезно. «Ну, что дорогой клиент, проблемы нет? Проблемы нет!» Клиент: «Нет, что вы. Позвольте вам не позволить. Проблема у меня есть!» Провоцировать клиента – это одно. И совсем другое стать клиенту папой, который за руку тащит в счастье. Пусть клиент медленно, но делает это САМ.

·         Конечно, если у нас была цель спровоцировать клиента на агрессию, чтобы в агрессии клиент немного больше раскрылся и проявил свои реальные потребности и запросы, тогда ярлыки и интерпретации могут в этом помочь. Но терапевт должен быть виртуозом, чтобы использовать этот инструмент, не обижая клиента. Берт Хеллингер умеет провоцировать. Но некоторые клиенты на него обижались. Стефан Хаузнер на семинаре рассказывал, как одна из клиентов ушла, хлопнув дверью. Через три года позвонила и сказала: «Я очень злюсь на вас, дорогой терапевт». А как симптом? «Симптом исчез!»

Раздражение как сигнал

·         В какой-то момент у меня как заместителя клиента пошло огромное раздражение на всё вокруг, в том числе и на терапевта. (Раздражение прилетело всем присутствующим. В этом был колоссальный заряд энергии). Одним из логичных ходов для дальнейшей распаковки ситуации было бы как можно быстрее поставить это раздражение как дополнительную фигуру и посмотреть системные связи, которые после проявятся.

Интерпретация и оценки как помеха процессу

·         Что мешало процессу – очень быстрые выводы терапевта. Интерпретация мгновенная дико мешала, не проясняет, а еще больше запутывает. Хочется отбросить интерпретации отбросить. Ты как заместитель еще не успел вчувствоваться, а тебя уже нагружают какой-то оценкой. Оценки сильно мешают.

·         Бич терапевта – быстрые выводы как ярлыки. «А понятно. Это внутренняя инфантильность клиента!» Или философская сентенция: «Избежать будущего не удастся». А клиенту еще ничего не понятно. Это вызывает дополнительное ненужное сопротивление клиента. Настоятельно рекомендую всем терапевтам для избегания интерпретаций и ярлыков говорить с клиентом не в наукообразных терминах, а в глаголах и телесных ощущениях. Вместо «внутренняя инфантильность» можно сказать: «Эта фигура, похоже, чувствует себя как ребенок. Она ни на кого не смотрит… Она скукожилась… Она отходит в сторону… У неё нарастает раздражение… Дорогой клиент, вы это видите?…»

·         Фраза: «Ну что, дорогой клиент, будем взращивать детскую часть?» клиента только в ступор вогнала: «Я запуталась…». Он не просил в запросе взращивать детскую часть. Фраза: «Давайте поставим цель как взрослое состояние…» - из той же оперы. Терапевт вовлекает клиента в некую модель мира. А клиент не вовлекается: «У меня другая формулировка!» Нужны либо дополнительные детальные разъяснения, либо вывод должен быть сформулирован на языке клиента. Пока клиент не поймет смысла следующего шага, он не сдвинется с места. Имеет полное право!


Доброжелательное и тактичное поощрение заместителей

·         Положительным моментом был следующий. Один из заместителей в какой-то момент сам испугался той информации, которая через него шла к клиенту и терапевту. Но терапевт очень доброжелательно поощрил высказываться дальше, и информация через этого заместителя пришла очень качественная и полезная для процесса расстановки.

Непроясненная цель

·         Одним из показателей недоверия клиента процессу, группе и расстановщику было то, что клиент не озвучил внятно свою цель, а написал её на бумажке, и положил в пространство в виде бумажного якоря. И в тоже самое время это может быть показателем амбивалентности клиента. Она и хочет работать со своей проблемой и не хочет одновременно. «Поди туда не знаю куда, принеси то, не знаю что. А оно там есть». На самом деле, и сильное раздражение в поле, и скрытность клиента, и медленный темп процесса – всё это показатели травмированности клиента.

·         Согласившись с такой невнятной формулировкой запроса, терапевту и заместителям очень трудно ориентироваться в ощущениях, которые приходят с помощью заместительского восприятия. Есть детская и взрослая часть… Это в контексте съеденной в детстве банки варенья, или в контексте сексуальных похождений шальной юности, или в контексте профессиональных достижений и общения с клиентами сейчас? В разных контекстах одни и те же сигналы можно понимать и осмысливать как совершенно различные послания. Для эффективности работы необходимо сужать, конкретизировать запрос насколько это возможно. «Это про деньги?» «Нет, это к деньгам отношения не имеет». Для успеха процесса у терапевта и у клиента должно быть одно представление о том, что мы ищем. Минимально необходимым могло быть такое: «Это две фигуры в контексте вашей, дорогой клиент, недавней расстановки. Что тогда вам хотели показать, пусть покажут сейчас».

·         Если запрос клиента звучит так: «Недавно в своей расстановке в другом пространстве я столкнулась со следующим непонятным для меня образом… Хочу в этом разобраться… Хочу понять послание той расстановки для меня…», то самым простым продолжением было бы: «Поставь те же самые фигуры, что были у тебя в той прошлой расстановке и посмотрим…» Важно при этом помнить, что во второй расстановке образ будет отличаться от того, что было раньше. Другие заместители покажут ситуацию несколько иначе. Н и клиент сам слегка изменился с тех пор. Поэтому чаще всего в таких проверочно-повторных расстановках мы сталкиваемся либо с вариацией образа, либо с его новым более глубоким слоем описания ситуации. И клиента нужно об этом предупредить: «Вот видите, со вчерашнего дня что-то уже поменялось в вашей душе».

·         Второй способ работы по поводу недавней непонятной расстановки, это поинтересоваться у клиента его чувствами. «В той прошлой расстановке, когда вы увидели непонятный образ, что вы почувствовали?» Например, клиент ответит: «Замешательство». «Что хотите вместо этого замешательства?» «Ясность». Вот у нас и сформулировался запрос. В настоящем - замешательство. В прекрасном будущем – ясность. Вектор движения сформирован. Осталось расчистить препятствия на этом пути, и найти ресурсы для этого движения.

 

Перетекание ролей

·         Для прочтения образа расстановки важно помнить, что центр комнаты – это место для заместителя клиента в 2017 году. Если заместитель клиента отошел на несколько шагов в сторону прошлого. Роль заместителя поменялась. Теперь заместитель показывает кого-то из далеких предков клиента (чьи чувства были исключены и позабыты).     

Достаточно ли уважения

·         Ключевым моментом расстановки стало мнение предков, что потомок разговаривает с ними недостаточно искренне и уважительно. «Делай, что хочешь, дорогой клиент, но нужен поклон и поклон искрений. И не надо перед нами стоять руки в боки…». Тут я начинаю вспоминать себя десять лет назад. Я стою в расстановке в качестве клиента, еще не вполне понимаю, что к чему, и тут звучит довольно категоричное требование: «Кланяйся предкам… Искренне кланяйся… Ниже… Ползи… Нет, так не пойдет… Все равно недостаточно искренне…» Я очень хорошо представляю степень неловкости клиента в этом процессе, потому что я сам неоднократно испытывал подобную неловкость. Спасибо вам дорогие заместители, что вы дали клиенту достаточно времени осмыслить и присвоить информацию и на давили на него хором. Всегда есть риск, что клиент выйдет из процесса совсем, и на этом все закончится.

В сложных случаях работаем через заместителя

·         Одним из решений в данной ситуации может быть такой – вести диалог через заместителя, и только потом подключать самого клиента на последних стадиях хеппи-энда. Мы все проверили-протестировали, дорогой клиент. Все работает как надо, сдвигает ситуацию в лучшую сторону, осталось вам только это повторить. Эту тенденцию закрепить. А можно вообще на всем протяжении групповой расстановочной сессии оставлять клиента находится на своём стуле и наблюдать все происходящее со стороны. Это подходит для случаев работы с травмой.

Фокус на главное

·         Важное замечание для всех присутствующих. У клиента пошел важный процесс взаимодействия с фигурой одного из заместителей. Пошли глубокие осознания, проникновенные слова, обнимашки, контакт, слезы… Этот момент является самым ценным. Это момент истины. Всё, что мы делали целый час до этого – все это было ради этих минут и секунд. И в этот момент самое главное – не мешать клиенту посторонней активностью. Всё остальное может подождать. Замри и присутствуй при этом чуде из чудес! Благоговейно присутствуй! Прямо на твоих глазах происходит священнодействие! В этот момент затни свой фонтан, дай отдохнуть и фонтану!  

 

Ребус

·         Под занавес расстановка преподнесла нам еще один ребус. Разделил, наконец, клиент судьбы предков и свою, и пошел к цели. Сделал всего несколько шагов к цели. А фигуре детской части, которая находилась рядом с точкой цели, стало намного хуже, она падает вниз, как будто умирает. И клиент вместо того, чтобы радоваться своему продвижению, не на шутку забеспокоился. На мой взгляд – это отголосок травмы. Как это я пойду во взрослую жизнь? А ребенка своего я что, брошу? Посредством лежащего заместителя детской части, клиент продолжил цепляться за старое, за инфантильность: «Я же беспомощный. Мне то нужна поддержка».

·         Единственный ответ у меня на этот ребус такой. Когда мы исследовали, во что же вовлечена взрослая часть, разделялись с судьбами предков, клиент, отказываясь от чего тяжелого в прошлом, сам взрослел. И соответственно его детская часть уменьшалась, теряла силу. И можно было бы сказать клиенту: «Все идет как надо».     

·         Было бы у нас ресурс времени, может быть, нужно было бы сделать еще один этап расстановки, распаковать лежащую детскую часть, увидеть еще одну системную проблему, применить соответствующий данной проблеме инструмент. Но мы за неимением времени применили более короткую ресурсную процедуру. Мы в своем воображении подарили ребенку (детской части) волшебного помощника и защитника, познакомили их и обеспечили им хороший контакт друг с другом.

·